18+ UNILA.RU 2020
10 лет онлайн с вами
support@unila.ru

Почему Президент Казахстана молчит об "Арканкергене"?

Матери осужденного Владислава Челаха не позволили выступить в Верховном суде, где на днях рассматривали его дело. А ей было что сказать. Например, о том, что ни на один вопрос родителей, адвокатов, которые не вписывались в рамки уже вынесенного приговора, ни суд, ни прокуратура ответить не захотели. Почему?

Автор: Евгения МАЖИТОВА
[cut=Читать далее...]
Напомним, Верховный суд оставил без изменений приговор бывшему пограничнику поста «Арканкерген» Владиславу Челаху, признанного виновным в убийстве 14 своих сослуживцев и егеря Руслана Кима и осужденного к пожизненному лишению свободы. Что можно было еще сказать суду и общественности? Мы попросили маму Влада Светлану Ващенко рассказать нашим читателям все то, что она планировала сказать на суде, и в чем ей было отказано.
- Светлана, как Вы оцениваете прошедший суд?
- Это кошмар. Они не дали толком родителям высказаться. Кое-как некоторых выслушали, бегом, бегом, быстрее, быстрее. Головами помахали, и все на этом. Ни на один вопрос родителей не ответили, не дали никаких разъяснений...
- Нам известно, что Вам не дали слова в суде. Можно сейчас выступить перед нашими читателями, рассказать все то, то хотели.
- Я хотела напомнить слова президента о том, что бойня на «Арканкергене» — это теракт. Плюс, он на всю страну заявил, что взял это дело под личный контроль, но до сих пор никто не услышал никакого комментария от президента. Что он думает, как расследование провели?
Кроме этого у меня были вопросы: нам в первые дни после трагедии говорили, что никаких огнестрельных ранений у ребят нет, и половина из них разбежалась с заставы. А теперь утверждают, что все погибли. Почему?
Еще вопрос остался невыясненным о веревках для лошадей, на которых обнаружили кровь. Но экспертиза по ним не проводилась. Почему? Чья это кровь? До сих пор это не установлено.
Далее, экспертиза на наличие на одежде моего сына, его руках, волосах и так далее частиц пороховых газов абсолютно ничего не обнаружила, что свидетельствует о его непричастности к расстрелу сослуживцев. Почему до сих пор утверждают обратное, чем мотивируют? Его признанием, которое он под давлением написал?
Наконец, почему именно моего сына сделали во всем виноватым? Не потому ли, что я, когда мне сказали, что все ребята погибли, заявила, что не буду хоронить своего сына в закрытом гробу, что открою его, проведу экспертизу?
- Так прокурор в ходе последнего суда прямо сказал, что есть признание Влада в убийстве и что он вам лично тоже говорил, что он всех убил. Было такое?
- Даже близко такого не было. Я возмутилась в суде по этому поводу, но прокурор вообще никого не слушал. Он читал только то, что у него было отпечатано. Или они имеют в виду запись нашей первой пятиминутной встречи, когда сын под давлением сказал мне, что мол, это я?
- Видимо ее. А почему вы считаете, что Влад был с вами тогда не искренен?
- А потому, что он мне глазами показывал, что на него давят, чтобы не верила. Он мне конкретно глазами показывал.
- То есть, он подавал вам знаки, что говорит неправду?
- Да. Он мне сразу показывал. Я ему говорила, не смотри на них, потом встала и спрашиваю, кого из них ты боишься? И всю запись не показали. Там кусочек вырезали, который им нужен был.
И его посчитали доказательством? Когда прессовали ребенка, и до сих пор прессуют? Он и сейчас не хочет ничего рассказывать. Я ему говорю, хотя бы мне расскажи, как и что. Но он не соглашается, говорит: «Мама, у меня потом проблемы будут». Какие проблемы могут быть? Что там с ним делают? Почему после наших свиданий у него начинаются проблемы?
- У вас есть предположения по этому поводу?
- Не знаю. Я считаю, что если наш президент взял это дело под контроль, как он заявил на всю страну, что это был теракт, он должен объяснить, каким образом сейчас невиновного осудили. Почему невиновный сидит? Почему ничего не делается для поиска пропавших ребят, ведь знают, что они есть. Возможно, их где-нибудь держат, допрашивают, мучают...
- Почему вы так думаете?
- Не только я думаю, многие знают, что ребята есть.
- Это вы с родителями других ребят общаетесь, и погибших, и, якобы, непогибших.
- Конечно. И на суде все родители возмущались. До такой степени, что вплоть до эксгумации. Но их не слышат, и слышать не хотят. Они талдычат одно и то же, как попугаи. Это был четвертый суд или пятый, а мы одно и то же от них слышим. И ни одного ответа на свои многочисленные вопросы. Ни одного довода Серика Камбаровича (Сарсенов — адвокат Челаха), они не опровергли.
- А как вы оценивает доводы Сарсенова, которые прозвучали на минувшем судебном заседании?
- Они все обоснованы, но, повторюсь, ни один из них суд не принял во внимание. Они тупо зачитали, что было на бумажке, сказали, все (приговор — ред.) остается без изменений.
- Как вы думаете, почему такое отношение?
- Я не знаю. Но впечатление такое, что они действуют строго по указке — оставить приговор без изменения. Рассматривать наши доводы, да даже слушать нас они не хотят. Что за указка, от кого она идет, почему такое отношение к простому народу, к родителям?
Ведь вот для чего они вызвали родителей на суд? За свой счет все приехали, хотели высказаться, но их даже слушать не стали. Зачем было приглашать?
- И родители многих погибших парней приехали?
- Да. И они до такой степени возмущались судом... Они не верят в то, что это Влад. Они говорят, что когда им это внушали, у них был, конечно, стресс, сомнения. Но сейчас, когда они трезво на это смотрят, то очевидно, что пацан ни при чем. Они даже кричали в суде: «Отпустите пацана, не мучайте его». Но не слышат, ничего и никого не слышат...
При этом судья велел журналистам не снимать родителей, и вообще к ним не подходить, ничего у них не спрашивать. Когда родители об этом узнали, они так возмущались, говорили, да когда это прекратиться, почему все решается за нашими спинами?
- То есть, журналистам официальных СМИ запретили общаться с родителями?
- Да, им сказали, чтобы они не подходили к родителям, их не снимали, мол, они не хотят. Но некоторые журналисты все-таки подошли, спросили, можно ли взять интервью. Родители, конечно, согласились и даже возмутились, мол, почему не подходите? Журналисты и рассказали, как их «предупредили». Родители так возмущались, не передать словами. Почему позволяют себе так издеваться над родителями?
- Что вы намерены делать теперь?
- Будем писать заявление Генеральному прокурору. Согласно нашему законодательству, он может выступить с протестом о пересмотре судебного решения в порядке судебного надзора.
Плюс, все-таки хочу добиться ответа от президента нашей страны. Я даже в интернете выложила опрос о том, что президент Казахстана взял под личный контроль расследование бойни на «Арканкергене», но до сих пор общество не получило никаких вразумительных ответов о том, что там произошло на самом деле. Почему так происходит? Должен ли президент выступить перед народом или может промолчать?
- Вы сами как думаете?
- Думаю, что он должен прояснить свою позицию по этой трагедии.

Источник: Информационный портал Республика
7 февраля 2014 335

Другие посты

Комментарии

Пока никто не оставил комментария к этой записи. Вы можете сделать это